Проповедь апостола Андрея Первозванного на Руси: летописное предание и исторические факты (окончание)

Автор: Анна Фейгина

Как уже рассказывалось в предыдущей статье, местами проповеди святого апостола Андрея стали города Тавриды: Ольвия, Херсонес, Феодосия, Пантикапей, Фанагория и другие. Эти довольно развитые города занимали площадь примерно до 40 – 50 гектаров и были достаточно густо населены по тем временам: число жителей в них доходило до 30000 человек, а иногда и более. Города были окружены мощными стенами, имели правильную планировку, обладали водопроводами, канализационными сетями и так далее. В них было много античных языческих храмов, посвященных разным божествам, а также здесь находились стадионы, театры, цирки, военные и торговые порты. И во всех этих городах присутствовали еврейские общины. Известно, что первые апостолы осуществляли свою миссионерскую деятельность прежде всего через иудейские общины, а затем она распространялась и вне ее.  

Во времена апостола Андрея степную северную часть Крыма занимало Скифское царство со столицей в Неаполе Скифском, располагавшийся на территории современного Симферополя. Более северные территории занимали сарматы, а еще севернее жили другие народы, включая праславян, которые, скорее всего, занимали в то время территорию по течению Днепра, Поднепровье. Таким образом, земли, куда мог отправиться апостол Андрей, не представляли собой пустыню. Они были довольно давно освоены, обжиты и населены. 

Конечно, из греческих колоний, которые находились на побережье Черного моря, апостолу Андрею проще было отправиться в Рим морским путем, но необходимо учитывать факты, что, во-первых, его задачей было распространение христианства и он должен был донести благую весть до разных народов. Во-вторых, науке хорошо известно, что маршрут, который совпадает с путем апостола Андрея – это знаменитый Янтарный торговый путь, сложившийся еще до наступления христианской эры. По нему проходили многие и многие поколения, и в этом тогда не было ничего необычного. 

Введение в научный оборот апокрифических письменных памятников и данных археологии позволило существенно уточнить высказанные прежде мнения и суждения. Само слово «апокриф» переводится с древнегреческого языка как «тайный», «сокровенный». Изначально оно использовалось для обозначения еретических книг, которые использовали в узком кругу сектанты, выдававшие себя за христиан. Со временем, когда гностицизм стал активно полемизировать с Церковью, апокрифические писания сделались достоянием широких масс и перестали быть тайными. Но само понятие апокрифа осталось. 

Однако апокрифы создавались не только в еретической среде. Члены Церкви тоже довольно часто брались за перо и фиксировали то, что современные исследователи отнесли бы к разряду народного творчества. Эти письменные памятники содержали жизнеописания святых, апостолов и Спасителя, рассказывали о различных чудесах либо систематизировали нравственное учение Церкви. Так к началу IV века сформировался мощный пласт христианской литературы, который, помимо всего прочего, претендовал и на то, чтобы занять место наравне со Священным Писанием.

К концу эпохи гонений святыми отцами был выработан Канон священных книг – список апостольских творений, происхождение которых не подлежит сомнению, а содержание верно передает дух христианского учения. Апокрифы делятся на признаваемые Церковью тексты, которые  по некоторым причинам не были включены в ряд канонических книг, и на «ложные писания, имеющие сектантское происхождение, создаваемые с единственной целью – смутить верующих». 

 Во второй половине XIX века появляются исследования апокрифических произведений и прежде всего «Деяний апостолов Андрея и Матфея в стране антропофагов» (Прим. антропофаг – людоед), «Деяний святых апостолов Петра и Андрея» и «Деяние и мучение святого апостола Андрея». В этих апокрифических сказаниях говорится об апостольской проповеди с указанием конкретных мест, рассказывается о нравах и обычаях народов, среди которых проповедовали апостолы. В этих источниках также названы города в Северном Причерноморье и Скифии, которые посещали апостолы. 

Одним из первых обратил внимание на апокрифические сказания основатель российской византологии, историк, академик В. Г. Васильевский. В статье, опубликованной в «Журнале Министерства народного просвещения»  в 1877 году, он предположил, что церковные писатели, сообщавшие краткие сведения об апостолах (такие как Ориген и Евсевий Кесарийский), заимствовали эти сведения из более древних апокрифических источников. Он высказал мнение, что на Руси имели хождение некоторые памятники, посвященные святым апостолам, которые в дальнейшем не сохранились и которые могли послужить источниками для летописных сказаний преподобного Нестора. Васильевским были опубликованы два письма византийского императора Михаила VII Дуки, датированные 70-ми годами XI века, которые, как считал Васильевский, были адресованы киевскому князю Всеволоду Ярославичу: «Наши государства оба имеют один некий источник и корень, … одно и то же спасительное слово было распространено в обоих, … одни и те же самовидцы божественного таинства и его вестники провозгласили в них слово Евангелия» – эти слова императора Михаила VII Дуки академик Васильевский считал своего рода указанием на предание об апостоле Андрее из «Повести временных лет». Предание, скорее всего, происходило из Греции, хотя вероятный его источник точно указать невозможно.

В.Г. Васильевский первым привлек внимание к возможной связи рассказа об апостоле Андрее из «Повести временных лет» с апокрифами, о чем писал в первой главе своего труда «Хождение апостола Андрея в стране мирмидонян». Академик Васильевский приходит к выводу: "Что касается русского сказания, внесенного в нашу первоначальную летопись, то оно находится, конечно, в связи с указанными сейчас учеными мнениями византийцев XI в. и ведет свою родословную от тех же гностических хождений, которые нами выше были изложены. Странными представляются не основная тема сказания и не ее мотивы, а только ее развитие и подробности, едва ли объяснимые из дошедших до нас апокрифических источников. Как скоро признано было несомненным путешествие апостола Андрея по Русской земле, то уже было вполне естественно привести его на то место, где потом явился Киев, мать городов русских, если бы даже и не было для этого какого-либо особенного повода или в древнем храме в честь Первозванного, или же в древнем обычае ставить кресты на горах и возвышенностях»… «Итак, нет ничего невозможного в том предположении, что автор "Повести о начале Русския земли" в самом деле имел в руках тот источник, на который он ссылается, то есть, какое-то хождение апостола Андрея в такой редакции, где речь ведена была от имени апостола, или, другими словами, в наиболее древней, до нас уже не дошедшей форме апокрифических сказаний такого рода. Это не было хождение в страну антропофагов или мирмидонян, потому что имена князей – Диулес и Дидалакх – не соответствуют мирменским Фулванам (FoulbЈnoj), упомянутым в деяниях Матфея (Матфия)… Достоверно, а также и важно для нас только то, что в русской старинной литературе есть следы таких сказаний об апостоле Андрее, какие нам теперь уже недоступны, и что эти сказания, подобно хождению в землю антропофагов, могли быть относимы к Скифии, и потому с некоторым правом приурочивались позднее к Русской земле. Если бы таких памятников дошло до нас большее количество, то, без сомнения, разъяснилось бы наиболее простым и удовлетворительным образом многое, что теперь затрудняет и сводит с прямой дороги любознательного историка и пытливого исследователя старины.

В частности, мы можем думать, что не только русское сказание о путешествии апостола Андрея по Русской земле, внесенное в нашу летопись, основано прямо на каком-либо не дошедшем до нас изводе "хождения", но что и в византийской литературе иные понятия о Русской земле и некоторые термины для ее обозначения поддерживались знакомством с апокрифами и что не только Мирмидония, но и самый Самватас (название Киева у Константина Багрянородного), над которым мы столько ломаем головы, имеют или имели бы свое настоящее объяснение в географической номенклатуре отреченных книг». 

«Что позднейшие, более подробные повествования о путешествиях апостола Андрея, замечающиеся в памятниках византийской церковной литературы VIII и следующих веков, находятся в зависимости от апокрифических источников, это не подлежит сомнению и давно признано; но очень возможно, что и некоторые из первоначальных кратких сведений у церковных писателей более раннего времени ведут свое начало из того же источника. Наоборот, странное сказание о посещении Русской земли Первозванным апостолом, внесенное в нашу первоначальную летопись, никак не может быть считаемо изобретением или пустою выдумкою местного тщеславия, но, по крайней мере, в основе своей согласно с воззрениями византийской учености XI столетия и, следовательно, находится в той или другой связи с древнейшими преданиями». 

Еще один исследователь-историк, священник Сергей Васильевич Петровский, в своем труде «Сказания об апостольской проповеди по северно-восточному Черноморскому побережью» писал: «О времени происхождения оригинальных, переводных, переработанных и новообразованных апокрифических сказаний об апостольской проповеди по северо-восточному берегу Черного моря, находим, что а) самые ранние редакции этих сказаний возникли в I-II вв. и, следовательно, древнее аналогичных кратких церковных известий, из которых древнейшие, как увидим далее, относятся ко временам Пантена и Оригена. Так, наличные редакции греческих "Деяний апостолов Андрея и Матфея в городе антропофагов" и "Деяния апостолов Андрея и Петра в стране варваров" принадлежат половине II в. и, может быть, концу I-го, началу II столетия. Из сказаний второй группы сирийская "История мучеников, апостолов Матфея и Андрея" в настоящем ее виде явилась между серединой II и IV вв.; эфиопские апокрифы "Фаддей в Сирии и Дакии" не древнее конца IV в.; англо-саксонская легенда "Андрей" составлена самое раннее во второй половине VII столетия. "Мученичество апостола Матфея", которым открываются легенды третьей категории, в редакции, сохранившейся поныне, принадлежит концу IV- началу V в.; древнейшая же чисто гностическая редакция его относится или к концу II-го, или к началу III столетия».

Также С. В. Петровский провел сопоставление собственных имен, названий населенных пунктов, и пр. по всем авторам античной эпохи и сделал следующее заключение: «Анализ собственных имен, сохраненных апокрифическими сказаниями об апостоле Андрее и его сотрудниках устанавливает, что географические пункты, встречающиеся в этих сказаниях, не вымышлены, а действительны; что личные имена, отмеченные в этих сказаниях, не фиктивны, а представляют разночтения и переделки собственных имен, которые носили разные исторические лица древности; что сюжеты из религиозной, политической и общественной жизни, приводимые апокрифами, частью вероятны, частью верны исторически. Апокрифические сказания об апостоле Андрее и его сотрудниках оказываются, таким образом, не просто литературными памятниками, генетически между собою объединенными, но записями преданий об апостольской миссии, сложившихся и хранившихся впервые там, где (реальные) апостолы проповедовали,- записями, которые ценны потому, что основу их составляют или действительные, или близкие к действительности факты. Если из общей массы легендарного материала выделить и объединить исторически ценные штрихи, восстановленное таким путем древнее предание об апостольской проповеди по северо-восточным Черноморским берегам таково.

Первыми проповедниками христианства по северному и восточному побережью Черного моря были апостолы Андрей Первозванный, Матфей, Варфоломей, Симон Зилот и Иуда. Случайно сотрудничествовали им апостолы Петр и Филипп, сопровождали – Филимон, Александр и Руф.

Понтийско-Таврическое предание вело апостола Андрея сперва в Иверию, где он посетил Лувий (Лудд), затем в Кардис (Акрадис), город области кораксов, обитавших к югу от Старой Ахэи, далее в эту Старую Ахэю, расположенную у приморского подгорья Кавказа и, наконец, в Тавриду.

Колхидо-Меотическое предание гласило, что апостол Матфей чрез область торотов также достигал Таврического полуострова, но преимущественно трудился среди кавказо-меотических племен и в Колхиде.

Понтийское предание об апостолах Андрее и Варфоломее указывало как места их совместной проповеди землю макронов, Грузию и Арран и, кроме того, усвояло апостолу Варфоломею обращение в христианство Кавказской Албании.

Босфорское предание, которым предшествующее - Понтийское - дополняется, приурочивало миссию апостола Варфоломея вообще к Боспорскому царству, в частности, к одной из его окраин - Синдии.

Наконец, Колхидское предание называло область сванов, или сван-колхов, местом мученической кончины апостолов Симона и Иуды.

Все эти предания признают апостола Андрея Первозванного руководителем Черноморской миссии и направляют его путь с юга на север, от Сирии к Таврическому полуострову.

Соответствует ли этим преданиям действительный факт апостольской проповеди на Кавказе и Таврическом побережье Черного моря, ответить можно утвердительно, принимая во внимание:

а) Древность Черноморских преданий об апостольской проповеди, из которых ранние восходят к концу I - началу II в. после Р. Х. При таком сравнительно ничтожном промежуточном периоде между появлением этих преданий и временем, когда апостолы трудились, естественно ожидать, что местные сказания, лежащие в основе гностических "хождений" и "деяний", опирались на факт действительной, еще не забытой Апостольской проповеди в пределах восточного и северного Черноморского побережья.

b) Существование в I-II вв. целого ряда еврейских поселений в Армении, Грузии, Тамани, Боспоре и в окрестностях Херсонеса Таврического, о чем свидетельствуют древнейшие собственные имена разных народностей, мест и рек Кавказа, происхождение которых (имен) чисто еврейское, еврейские надгробные памятники и надписи, открытые в Тамани, Керчи, Партените, наконец, известия древних писателей. При широком распространении евреев по северо-восточному побережью Черного моря, при существовании у них здесь синагог, вполне возможно, опираясь на аналогичные данные канонической "Книги деяний", признать, что и по Грузии, Колхиде и далее на север до Боспора и Херсонеса Таврического апостолы путешествовали так же, как по Малой Азии и Греции, т. е. переходя от одной общины евреев к другой, от одной синагоги до следующей.

c) Существование в I в. путей сообщения на Кавказе, благодаря которым поддерживались торговые сношения между Колхидой, Грузией и Албанией, между страной макронов и Грузией, между персидскими портами на Каспийском море и Диоскурией, между Танаисом и Пальмирой. Если ничто не мешало апостолам пользоваться подобными же путями и в странах, прилегавших к северо-восточным берегам Черного моря.

d) Относительную свободу вероисповедания в римской империи до 60-х годов по Р. Х., в силу которой еврейство считалось религией дозволенной и в силу которой проповедники христианства, отождествлявшегося на первых порах язычниками с еврейством, имели свободный доступ повсюду».
 

О достоверности актов апостолов писал также в своей «Истории Древней Церкви» знаменитый историк Василий Васильевич Болотов. «Можно признать вероятным такое положение: гностические писатели, если только могли, говорили правду; имена царей I в. они указывают исторические, хронология их почти верна. Итак, относительно апокрифов можно установить такое принципиальное положение: в них остались ценные указания на правду, представляющие собою остатки исторического предания. А следовательно, апокрифические акты апостолов нельзя a priori исключить из числа источников для истории распространения христианства»… «Из Священного Писания мы видим, что апостольская проповедь вне Палестины направляется по тем местам, где жили иудеи рассеяния. Ап. Павел, по преимуществу «апостол языков», избирает точкою отправления для своей проповеди молитвенные дома иудеев и прежде всего обращается к ним, как наиболее подготовленным слушателям. Более чем вероятно, что и другие апостолы практиковали тот же самый способ в деле христианского благовестия. Поэтому с доверием нужно относиться к тем сообщениям, где апостолы представляются действующими в иудейских поселках. Например, сообщение о том, что ап. Андрей был в Синопе, вероятно: там была иудейская колония. Синоп упоминается в талмудической литературе, оттуда же вышел пресловутый Акила, буквалист-переводчик Священного Писания на греческий язык. Таким образом, ап. Андрей проповедовал уже на обработанной почве».

Далее Болотов делит апостольские миссии на несколько групп: понтийскую, асийскую, парфиийскую, и тех апостолов, которые проповедовали вне этих групп. Одной из самых крупных, по мнению Болотова, групп была именно понтийская группа апостолов, которые осуществляли свою проповедь в районе Понта Эвксинского, как греки называли Черное море. В эту группу входили апостолы Петр, Варфоломей, Андрей и Матфей.

Последний обер-прокурор Святейшего Синода, богослов, историк Русской Церкви, публицист, профессор Антон Владимирович Карташёв, хотя и относившийся весьма скептически к исторической значимости сказаний о «хождениях» апостола Андрея в Земле Русской, писал:  «Не имея прямых данных к тому, чтобы без остатка отклонять предание об апостоле Андрее, идущее от такой глубокой древности, и толкуя его в географическом отношении пока согласно с господствующим в науке мнением, мы без насилия ученой совести можем допускать, что первозванный апостол, если и не был в странах на север от Черного моря, то мог быть в Грузии и Абхазии, а может быть и в Крыму, освятить своими стопами, следовательно, часть территории позднейшей Державы Российской и потому географически стал ближайшим к нам самовидцем Христа, более, чем кто-либо другой из лика двенадцати – нашим патроном и апостолом земли русской. Но если бы даже апостол Андрей и не дошел физически в своих апостольских трудах до границ нашей земли, то это не меняет сути дела, Апостолы жребием решали (Деян.1:17.26) основные вопросы своего служения. Если, по согласному с этим древнейшему преданию, и все страны апостольского служения были распределены между апостолами тоже по жребию, и апостол Павел считал даже неприличным благовествовать там, где работали уже другие апостолы (Рим.15:19), – то жребий, выдавший каждому апостолу, и составил его, так сказать, географический удел на карте распространения христианства. Заповедь Христа апостолам – «быть Ему свидетелями даже до последних земли» (Деян.1:8) не требовала от них ничего невозможного и не сообщала им дара бессмертия. Пределы земли – это только идеальное максимальное задание, цель, направление. От Иерусалима как бы мысленно проведены радиусы, и заключенные между ними секторы круга составили уделы апостольства, превышающие по своим вселенским размерам силы и срок жизни человека. Апостолы, уходя на проповедь в предназначенном каждому направлении, могли окончить свои дни естественной или мученической смертью даже сравнительно скоро по выходе из Палестины и сравнительно недалеко от нее, все равно они были посланы Духом Святым именно в данном направлении, в данные страны, они принципиально и духовно (а в лице своих продолжателей и преемников и конкретно) становились апостолами именно этих стран и обитающих в них народов, их небесными покровителями в истории навсегда. Так, например, апостол Фаддей направился в Сирию (Эдесса) и чрез то может считаться апостолом самых дальних стран азиатского Востока, в свое время получивших христианство через посредство миссионеров сирского языка. Таковы были тюркские племена – Уйгуры и монголъские – Кераиты. Апостол Фома пошел в Индию. Тогда Индией назывались уже области северной Аравии, расположенные только в начале великого индийского пути. Поэтому христиане далекого Индустана и Цейлона вправе считать себя духовными детьми апостола Фомы. Он имел уже их в своем сердце, идя в их направлении. Апостол Андрей пошел в страны севера, через Ливан – Антиливан к нашему Закавказью, Черноморью и Скифии. На каком этапе он окончил свое земное поприще, мы в точности не знаем. Так называемое Епифаниево сказание, например, повествует, что апостол Андрей нашел мученическую смерть в Патрасе Ахайском. Но это не меняет нашего отношения к нему, как апостолу наших стран, и его к нам, как его вожделенным крещальным детям. Не ошиблись наши предки, развив легенду о благословении первозванным апостолом русского христианства, но ошибаемся мы, их потомки, что не чтим особо торжественно и сознательно дня церковной памяти апостол Андрея, положенной 30 ноября старого стиля. Пора нам созреть и до этого, как мы созрели до празднования наших христианских просветителей: благоверного великого князя Владимира и святых солунских братьев – Кирилла и Мефодия».

Рост почитания Андрея Первозванного на Руси относится к XI в.: в 1030 г. Всеволод Ярославич, младший сын кн. Ярослава Мудрого, получил в крещении имя Андрей, в 1086 г. он основал в Киеве Андреевский (Янчин) монастырь. В 1089 г. Переяславский митрополит Ефрем освятил построенный им в Переяславле каменный собор во имя Андрея Первозванного, в конце XI в. в Новгороде был построен храм во имя Андрея Первозванного. В это же время день памяти Андрея Первозванного была внесена во все виды русских календарей. Древнейшие упоминания Андрея Первозванного находятся в месяцесловах Евангелий: Реймсского 1-й пол. XI в., Остромирова 1056–1057 гг. и Архангельского 1092 г. С 1097 г. в русской традиции установлены церковные службы Андрею Первозванному.

С XII в. развивалась практически непрерывно традиция сказаний об Андрее Первозванном в русском Прологе. В Прологе первой редакции включены краткое житие Андрея Первозванного «Страсть святаго и прехвального и первозванаго Андрея, брата великаго Петра», в Прологе второй редакции — еще и «Слово о проявлении Крещения Русския земля».

         Начиная с XVI века предание о посещении апостолом Андреем русских земель стало дополняться новыми сюжетами. В 1526–1542 гг. стали известны местные новгородские предания о проповеди Андрея Первозванного в земле Русской, дополняющие «Повесть временных лет». Такие сказания содержит «Степенная книга» (1560–1563). В них говорится, что придя в землю словен, апостол проповедовал слово Божие, водрузил и оставил свой жезл в «веси, нарицаемой Грузине», где потом была поставлена церковь во имя апостола Андрея. Отсюда по реке Волхову, Ладожскому озеру и Неве он отправился в варяги, затем в Рим и Царьград. О жезле Андрея Первозванного из селения Грузина подробнее рассказывается в житии преподобного Михаила Клопского, написанное в 1537 г. боярским сыном В. М. Тучковым. Примерно в тот же период времени было написано «Похвальное слово Андрея Первозванного», «и о монастыре, рекомом Грузино», известное в списках XVII в. Во второй половине XVI в. было составлено «Сказание кратко о создании пречестной обители боголепного Преображения Господа Бога Спаса нашего Иисуса Христа на Валааме и отчасти повесть о преподобных святых отец тоя же обители начальника Сергия и Германа и о принесении святых мощей их», где говорится о посещении апостолом острова Валаам. Таким образом, сформировалась традиция, повествующая об апостольской проповеди по всей Русской земле. Со времен царя Иоанна Васильевича IV Грозного об этом заявлялось в случаях, когда требовалось отстоять самостоятельность России в церковных делах.

При императоре Петре I, считавшем Андрея Первозванного своим покровителем, в честь апостола свое название получил главный орден Российской империи, а андреевский крест стал изображаться на флагах Российского флота. 

Таким образом, в настоящий момент ни византийская, ни в особенности древнерусская традиция преданий об апостоле Андрее не изучена в полной мере, и сейчас еще остаются нерешенными некоторые вопросы. Но это ни в какой степени не меняет национального трепетного отношения и почитания апостола Андрея как покровителя Русской земли. Достоверность предания о благовестии святого Андрея на территориях будущей Руси в Причерноморье и Поднепровье имеет вполне определенные основания, а российские православные христиане во все времена могут считать себя, по выражению А.В. Карташева, «вожделенными крещальными детьми» первозванного апостола, согласно преданию Церкви. 

Источники

Болотов В.В. История древней Церкви. Т.2. http://www.odinblago.ru/bolotov_2/

Васильевский В.Г. Хождение апостола Андрея в страну мармидонян. https://www.ippo.ru/old/library/5/vost/1/index.html

Карташев А.В. Был ли апостол Андрей Первозванный на Руси? https://azbyka.ru/otechnik/Anton_Kartashev/byl-li-apostol-andrej-pervozvannyj-na-rusi/

Моисеенков А. Апокрифы: что скрывают запретные книги? https://azbyka.ru/apokrify-chto-skryvayut-zapretnye-knigi

Петровский С.В., священник. Сказания об апостольской проповеди по северно-восточному Черноморскому побережью. Одесса: "Экон". тип., 1898.

Требы онлайн

Также вы можете отправить заявку на поминовение, поставить свечу, пожертвовать в алтарь на богослужение и помочь приходу, приняв участие в целевых благотворительных сборах.

Старый сайт в архиве и доступен по ссылке old.lavravcheremushkah.ru